zuzl: (Default)
Женщина, так вы решитесь обедать?

Не берите эти тапки, они спадывают на лестнице и пойдете по холодным ступенькам босой ногой

Эта женщина предсказала судьбу близнецов*, и вам все правильно скажет

Он там целый день сидит, вы видели, чтоб у него кто-нибудь покупал? и не увидите! Он просто так сидит, у него пенсия

Да шо вы сравниваете, где тут Одесса? в магазинах все есть, и никто не кричит

Не бойтеся идти в собес, здесь все по-другому

Да он пиздун, простите за выражение. Ничего у него там не было, бухгалтер-недотепа

Там был климат, но кушали неважно. Тут нет климата, зато в магазинах полно

Как Одесса сгинула без нас, так и Брайтон сгинет. Вот помрем - и все, нет цивилизации

___________
* близнецы - башни-близнецы, разрушенные терактом 9/11
zuzl: (Default)
- Он перед отъездом сюда по гуцульским деревням ездил, золото скупал.
- Да откуда у них золото? Они ж нищие, как церковные мыши.
- От евреев. Когда киевским евреям немцы золотые коронки сняли, они все на поезд погрузили домой отправить. А там то ли поезд под откос упал, то ли гуцулы напали, в общем не доехал тот поезд до Берлина, а гуцулы золото растащили.
Красная армия пришла, когда немцев поперли, ну они и попрятали золото. Ведь как с ним - ни продашь, ни обменяешь, да еще донесут. И пойдет: где золото взял? на оккупированной территории жил. Уж обыщут, да по зубам надают. А то в Сибирь отправят.
В общем, при Хрущове у них еще много оставалось. Они во Львове тайно зубным врачам его продавали...
Так вот когда мы поехали сюда, стали покупать там цЕпочки-бляшечки, ну чтоб тут продать в голодный час... Мы ж не знали, что Америка нас тут накормит-оденет. Hам про гуцулов и рассказали.
- Одни коронки? целый поезд одних коронок? Ну скажешь тоже! Да евреев в Украине не наберется даже на вагон коронок. Даже если все могилки раскопать, и довоенные...да и еврей у нас бедный был, это в Одессе коронок полон рот...
- Ну не знаю, а золота привезли. И немало. У Шультовича квартиру ограбили, так в шкафу под простынями слитками лежало...
-А Цалинская перед отъездом себе и мужу коронки на все зубы напялила, потом тут отдирали.
- Ну и шо, Шультович твой, из-за слитков инсультом парализовало...И кому это золото помогло? ни евреям, ни гуцулам, ни Шультовичу твоему.
- Из-за немцев все, так бы евреи со своими коронками бы жили, курочку жевали. Эх...
zuzl: (Default)
...Ну мы там погуляли на набережной, пива выпили, пельменей муж поел, а я грибков в сметане.

Среди столиков ходил мужик с детским аккордeоном. Играл разное, детям английские песенки,взрослым - советское.
Подвалил к паре мальчат - майка СССР у одного, у другого - с Миккимаусом. СССРному совмарш начал играть.
Тот спрашивает: сэр, это химн? ПожалУста, мне химн Росийа.
Миккимаус хмуро: дедок, сыграй ему про святую Русь, он русский учит.
Достали двадцаточку - да за двадцаточку щас "Божецаряхрани" с припевом на все куплеты с приплясом!
Старик вдохновился, подошел к усатым, лезгинку наяривает: на дэнги, отыди, у нас тут дэло.
- Пoнял.

Мы голову в плечи, носы в пиво, но не обошел вниманием. "Синий платочек". Это что ж, я так старо выгляжу, чтоб мне военное играть? смутился, на Пугачеву перешел. Пять баксов, спасибо большое, больше не надо.
Муж заелозил - он щедрый, ему неудобно, а я обиделась, уже сталин умер, когда я родилась, а он с "платочком" слезу подтирать! Настроение испортил.
Kстати, у меня к грибам полагалась галушка, я думалa ее отдельно дадут, потребовалa галушку. Официант заржал: а вы, женщина, подцепите вилочкой, она снизу грибков, сметанкой пропитывается.

Потом гармонисту вынесли пивка бесплатно.
Он неторопливо вытер лоб платком.
- О, носОв платок! - оживился русскоизучающий.
Покивали друг другу. Сели вместе. СССРный начал мелодии вспоминать: Катьюша энд Груши!
Микимаус: Стив, дай человеку пивка попить!
Сидят, дружки навсегда. Щас наклюкаются на жаре!

Потом вечером там танцплощадка была - старые мужики топтались, ну прям медведи на цепи у цыган, бабки повизгивали. Как в старом кино.
Официант зазывал девушек в кафе: десертику не хотите? а то винца попейте...

A как одеты! Дамочки в шляпах, на каблуках, мужики в трениках с лампасами, старики в пиджаках! A среди них Пакистан пробегает в калошах и тряпках подштанных...
Последние годики гуляет Брайтон... старики на кладбище, молодежь на Манхеттен
zuzl: (Default)
О быстротечности жизни:
- Я с тобой больше по магазинам не хожу, накупишь всякой дряни, пропадает потом.
- Tак вкусненького же хочется...
- Tак зачем все сразу? сегодня одно вкусненькое купи, завтра другое...
- A как не доживу до завтра, сегодня попробовать хочется.
- Bсе не перепробуешь!
- Эх, только начали жить...

О мировой культуре:
- Oна вообще-то не очень культурная, я тут оборжалась над ней: "Пермская обитель" говорит, французский роман.
- A почему в Перми? в ссылке, что ли были?

O феминизмe в современной русской словесности:
- У них счас бабы хорошо про милицанеров пишут. Kруто пишут, как мужики!

О ностальгии:

- Oн недавно в Одессу съездил на кладбище. Никoго, говорит, не узнаю, пропала Одесса...

О национальной бренности:

- Mолдаване эти - хитрый народ, все у них было, только прятали. а сами босые ходили, побирались. A у каждого в подполе - румынские монеты с царских времен...
- Tак ты их грызть будешь, монеты эти? кому они нужны?
- Tак они думали про коммуняках перебиться и назад в Румынию, а там пригодилось бы...

О любви:
- Никто не говорит, чтоб мужика в дом запускать. Так, прогулочным держи...
zuzl: (Default)
Бруклин. Улица похоронных домов. Обильно их. Согласно конфессии, кошельку и  убранству.
Дежурные скорбничают - Вы к кому? Вам сюда.

Хоронящие - дюжина стариков, внучка, сын с женой, пара eго друзей.
Советскую еврейскую женщину оприходовали по всем обычаям. Согласно советскому, гроб поначалу был открыт, осмелевшие толпились подле. Фотографии стояли на больших треногах, увитых цветами. Красавица была, что и говорить!
- Прощайтесь быстро, раввин идет, гроб закрываем.
Пришел раввин, милостиво глянул на фотографии, лукаво отметил, что таки да, красавица была.
Раввин загундел про еврейскую точку зрения на похороны. Hа пальцах объяснял, в виде как бы викторины, старики развеселились, тянули руки отвечать.
- А мама ручки куда приложит? к сердцу! правильно! А бог, он сердце видит!
Потом начались речи. Выступил сын, другие родственники, бумажки раворачивали, потные лбы утирали.  Натоплено там, не поскупились в холодный день.

- Она была врач, главным делом ее было не допустить врачебной ошибки! (она была председатель  ВТЭК. Взятки брала натурой - крышу на даче починить, костюм кримпленовый к восьмому марта...или пару - один продадим).

- В доме всегда был порядок (гоняла с дачи друзей сына, чтоб не ночевали, не топтали огород. Сын женился - потребовала завести отдельный холодильник, пока жили вместе; следила, чтоб по очереди туалет мыли).

- Была внимательна к нашей жизни (у сына были одни брюки - куцые ужасные  штаны от школьной формы и треники, больше никаких, поэтому он не ходил на вечера в школе, переживал, стеснялся, хоть и красавец был, высокий, кудри до плеч).

- Была очень общительна, заводила мильон дружб (директора магазинов, парикмахеры, мясники, все были по делу, содержались в специальной адресной книге по степени нужнеcтва).

- У них было все: квартира, дача, машина, хорошо жили, но поехали в Америку спасти внуков от армии (волею судьбы внуки остались в Москве).

А вообще не била, голодом не морила. Репетиторов наняла, когда в институт поступать.
Требовала  любви и присутствия. Когда заболела - вдвойне, каждый день, днем в обед приехать и вечером, полтора часа в один конец. Замучились и сын, и внучка.
С  мужем прожила 62 года. Девяностолетний вдовец хотел двойной гроб -  чтобы его к ней положили. Беспокоился на кладбище, требовал у раввина  уверенности, что его в ту же могилу определят, и никто рядом не займет его место.
Только они и стояли в слезах, старик и внучка - кому хоть как-то досталось ее любви.
zuzl: (Default)
Самуил Аронович был милейший вежливый старичок, немного дамский серцеед, немного зануда, оплот врачей и нянек в богадельне в смысле порядка и соблюдения нехитрых правил. Вечером он обьезжал на инвалидной коляске коридоры, проверял, если всё заперто, погасили свет, закрыли окна.
По утрам он проводил полит-информацию, читал вслух газету "Новое русское слово", отдел политики. На Херсонском заводе он был партсекретарь ячейки и знал членов политбюро наизусть. Он говорил с удовольствием, красиво, с многозначительными паузами, одно только мешало ему - непослушные стариковские сопли, приходилось часто шмыгать носом, он стеснялся этого, и некоторые нарочно покашливали, чтобы отвлечь внимание. Потом обсуждал новости c мужскими соотечественниками. Из дам ввязывалась в споры только злая большевичка из Харькова. Но у нее была астма, поэтому она быстро отваливала к удовольствию мужского клуба.
На днях в тихий час, Самуил Аронович разогнался по коридору на своей коляске и ловко притормозил в конце. Развернулся, лихо и полетел в другой конец.  Ну один-два раза, с кем не бывает, но он так катался уже с неделю, даже ночами. Лицо у него было сосредоточенное, усы топорщились, и никаких объяснений он не давал никому.
- А ведь милейший человек, что с людьми жизнь делает...
- Наверно, фильмов насмотрелся...
- Ага, про ковбоев!
Вызвали психиатра. Доктор КимЯнг-Розенберг говорила по-русски очень неплохо. Она работала в этой богадельне уже 10 лет в память об отце, который принимал там бесплатно по вечерам до самой смерти. Ее практика находилась недалеко, и ее всегда можно было вызвать даже днем, не ждать официального из социалки.
Она обняла Самуила Ароновича и повезла его в угол - шептаться.
Он продолжал хулиганить. Вызвали дочь из Рочестера. Она приехала с внучкой.
- Папа, ну вот видишь, надо было жить с нами, посмотри, это Джессика, как выросла.
Самуил Аронович молча обнял своих девочек. Потом перетащился на кровать, лег и закрыл глаза.
Дочь плакалaсь доктору: он из-за этой Эллы тут жил, не поехал с нами. Всю жизнь, даже когда мама была жива, у него только эта стерва на уме была. О ней заботился больше чем о нас. Что теперь делать: у меня лекции, у Джессики школа, муж в командировках....
- Поезжайте домой, он хочет умереть один.
- Что значит хочет умереть? ну нельзя же так, доктор, сделайте что-нибудь.
- Что? дорогая, ЧТО доктор может сделать со смертью? он хочет умереть ОДИН.
Через несколько дней Самуил Аронович перестал кататься, обсуждать политику и вообще разговаривать. Тихо сидел с друзьями, каждый вечер они деликатно молча прощались.
Во вторник, оказалось, навсегда.
zuzl: (Default)
Элла Леонидовна умерла внезапно этой зимой.
Пошла купить рулет и пирожные девочкам по богадельне.
Ей стало жарко, сильно жарко, расстегнула тяжелую шубу, сняла шапку.
- Скорей бы дойти, на улице на морозце полегчает, добегу, всего-то - улицу перейти.
В дверях споткнулась и упала.
- Женщина, ну чо весь проход перегородили?
- Ой, хоспади, она не дышит.
Вызвали скорую. Первыми приехали пожарники, переглянулись, достали белую простыню, ловко оттащили от двери, прикрыли. Скорая уже не суетилась, документы заполняли. Тротуар перекрыли, трое полицейских отгоняли особо любопытных.
 -Эх, как оно, раз...
- Все там будем...
-Кто там умер что ли?
-Женщина в шубе...

Самуил Аронович закрыл лицо руками: итгадал веитяадаш шмех раба.....*


*итгадал веитяадаш шмех раба..... - еврейская хоронильная молитва (иврит)
Маленькое примечание: В Америке для экстренных случаев  один номер: для пожарников, полиции и скорой помощи, кто быстрей приедет...Оказать элементарную первую помощь обучены все.
zuzl: (Default)
- Та ему и под пыдисят бабу можно...
- Он шо, так ужасно выглядит?
- Нэ, он добрый, ему душу главны.
- Так шо и старуху совать можно? нищий шо ли?
- Нэ, у него на паях булошная, деньжишки есь.
- Ну ладно, погляжу, есть у меня одна... да самому-то сколько?
- Да висьмидысьти нэт ишо.


- Неее, я за русского не пойду, я свое в Херсоне отработала, подай-принеси... тут лузеры* одни, и домострой в головах. Особенно когда при деньгах, так гордый. Ему домработница нужна, а не жена, а я хочу, чтоб одевал меня, в ресторанчики водил....
- Да уж, гулять с тобой - гордиться-шмариться, но стерва ты, ой, стерва.
- Стерва я, да, а как же ты хошь? что тут тебе? совок что ль? Хоть на свободе погуляю.


- Он хохол, но с деньгами. Ему прописка нужна, вот он ищет.
- Здесь не прописка, здесь гринкарта.
- Тьфу, черт, ну да, гринкарта, это я по старинке. И деньги у него честные. чинильщик он.
- А что чинит?
- Да всё.
- Тут все не нужно, купить новое дешевле...
- Фотка есть? покажи хохла. Ну чо, видный,
- Хороший хохол, говорю тебе. 36 лет, неразводнюк. и смотрины оплатит.


Вона у нас невест - целый этаж, и худые, и толстые, и с образованием.
- Нам бы забывчивую, а то гундят как там жили, доставали, надоело слушать.
- А бабы все вспоминательные, у них жизнь задом наперед движется.
- А ваще, зачем тебе, через пару лет социалка полагается, будут от государства приходить стирать-готовить. А поговорить захочешь - на променад пойди. А то набегут дети чужие, делить потом...


- Как Муля скончалась, я пару лет в облегчении жил. А потом заскучал. Ну, кот у меня есть, но все не то. Возражения от него никакого нет, от кота, скучно....


*лузеры - неудачники, от англ. looser
zuzl: (Default)
Это надо еще поискать врагов такой степени непримиримости, как Яков Семенович и Владимир Исаевич, жители дома для престарелых на Брайтон Бич в Бруклине.
- Полковники, герои войны, патриоты Отечества, - говорили с уважением соседи по палатам.
- ПолканЫ и хулиганы, остолопы кишиневские, - говорила социальная работница Дора.
Роль сталина в судьбе внезапно оставленного отечества была яблоком раздора.
Если бы не сталин, - хрипел Яков Семенович, - мы бы еще десять лет воевали, до самой Сибири бы гитлер дошел...
Если бы не сталин, - сипел Владимир Исаевич, - мы бы вообще за три дня гитлера бы смяли...
Они брызгали слюной, хватались за сердце. Соседи по палатам звали социальную работницу Дору, и она шугала стариков.
На девятое мая Яков Семенович решил раздобыть большой портрет сталина. Ну из таких, которыми члены политбюро висели в коридорах  старой жизни.
Он пошел, конечно, в книжный магазин "Санктъ- Петербургъ". Пришел и прямо так сказал продавцу: я ветеран, желаю портрет сталина купить. Большой.
- Кого? - воззрился на него молодой худой ёжик с кольцом в носу, - у нас, дедуля, таких нету, вот разве царь. Вон майка красная с царем Николаем вторым и орел двухголовый. Хотите царя?
Яков Семенович побагровел, зашевелил губами: я кровь проливал, а ты тут гнида неблагодарная... Но уже после "гнида" его голос перешел в сиплый шепот, и Яков Семенович грохнулся на пол посреди уцененных фильмов про Фантомаса и комиссара Жюва.
- Шо ты блин ему такое сказал? - перегнулась через прилавок продавщица Юлька.
На поминках Владимир Исаевич сказал речь: Наша общественность понесла тяжелую утрату. От нас ушел настоящий патриот, пламенный несгибаемый коммунист, герой войны - с первого до последнего дня на фронтах. Он погиб за родину, за сталина!
zuzl: (Default)
        
                                                                                                                                                                     По заказу m_petra

Они начинаются в ноябре и кончаются в апреле, хотя Нюёрк находится на широте Ташкента. Шубы, если иметь паранормальные уши, вопиют истерзанными тушками за версту...
Но обратимся к реальности. Если на среднюю жестокосердную итальянку идет 30 зверьков, то на брайтонскую - все 120. Мех искрится, а на изобилии его искрятся сложенные  толстые лапки - 35 колец на десять штук пальцев, да еще браслеты из под меха рукавов торчат.
Она в зверьках не просто идет, она выступает павою, сказочно, главное, не смотреть на рожу, простите, лицо. Оно пожило и там, и тут, оно умело кушать там, и не голодное здесь. Взгляд у него скользящий, если вам не надо давать взяток, и обещающий, если от вас что-нить зависит.
Что, что эта немолодая рожа может обещать? к зубному и так все записались на золотые мосты бесплатно как беженцы, которым вышибли зубы в КГБ еще до войны, ссуды на квартиры - и так всех обманули: дом за полмильона и квартира от собеса, инвалидное кресло на будущее - и так уже в кладовке ждет, выписанное якобы на тетю Хасю, а ей не понадобилось - мотоцикл наехал сразу....
Но у нее привычка такого лица, и ничего не поделаешь. Она американское презирает, на ней итальянское и французское (врет, точно, только американское и русское бывает таких размеров!)
Все у ней мамочки и девочки:
- мамочка, зачем дело стало, я Осю пришлю и он починит...
- мы, девочки, соберемся в Империале скромно на коктейль...
- Роза, вы слышите, Роза, девочка моя, Изя умер, так все осталось этой шиксе, а говно за ним социально подтирали, она и пальцем не шевельнула.
- какие дети захотят тут жить, когда через один в чалмах и подштанниках? мы Брайтон подняли, вы знаете, кто тут жил раньше? их теперь африкан-американ называют, а я вам так скажу, у них даже мозги черные... да что говорить, вы сами, мамочка , знаете. Мафия мол была, а как их выгнать без мафии? у них тут права, законы, адвокаты. Мой покойник так говорил: как Одессу держали, так и этих сдюжим.
 Этот большой еврейский анекдот исчезает на глазах, умер Изя, потом Соломон, потом и Роза...
а дети их, Ruth and Joseph, переехали на Манхеттен
zuzl: (Default)
На Брайтоне, конечно, едят, и это главное.
Но среди просторов пирожков на вынос имеется очаг культуры - книжный магазин Санктъ-Петербургъ.
Предыдущие владельцы, по слухам, сидят уже за со-владение публичным домом и воровство, а новые еще ходят, строго посматривая.
Магазин яркий, сначалa вас встречают деревянные медведики, красочные шали, подлые артефакты сатрапских времен типа ушанок со звездами, маек с двуклювыми стервятниками, отовсюду несется музыка типа "ксюша, ксюша, ксюша, юбочка из плюша", навалены, как детские трусы на распродаже - дешевки-уцененки - советские мемуары (читатели перемерли уже), видео фантомасов и комиссара Жюва.
Кто надменые культурные, те сразу вглубь проходят к историческому, мимо кулинарного, сексуального и детского отделов.
А там....Там тоже ярко - некто новый Карамзин по фамилии Бушков (простите, если, что) издал красочные тома своих исторических теорий. А по случаю кризиса продавцы шустрят, пока не уволили, ну и подлетел ко мне худенький такой маленький и предложил, если я отечественной истории удивляюсь, так вот, специально для оторопения, парадоксальный, так сказать, взгляд.
А сам худенький возьми и ляпни, что он - монархист. Так мне прям громко и говорит: я, госпожа, монархист.
Ну "госпожа" ладно, я уже напротив в гастрономе "International food" - международная еда - "женщиной" ностальгически побывала, а тут, бери выше, культурно.
Ну госпожа заинтересовалась монархистом. Как бы это деликатно выразиться, я бы ему не советовала таких умонаправлений.
Происходя евреем хлипкого телосложения из соседней державы, раздираемой сейчас выборами между бывшим уголовником и нарядной стрекозой, он бы не продержался осёдло между погромами, гитлером и просто Сибирью. Ну да ладно, он тут, в тепле, попробуйте ему намекнуть, полицейского позовет! Так что спорить не стала.
А он хорохорится, интеллигентной дамой меня называет и книжку всучивает. Открываю в конце, а там - одно из умозаключений, что слово "раввины" происходит от итальянского города "Равенна". И что вообще, евреи не древний народ, а только потомки опричников каких... да черт с ними, с евреями, какая мне разница, там и у остальных все не так, как привыкли...
И смотрит на меня этот монархист снизу, как говорят, если похабно, в пупок дышит, и нагло заявляет, что за 12 долларов кУпите - не пожалеете.
- А воспоминаний графа Горчакова у Вас нет? - спрашиваю я высокомерно.
- Чего нет - того нет, - сокрушается монархист. И отходит от меня, как от разочаровавшей...
А в другой раз разочаровала я двух госпожей (госпож, госпожов?). Две наикультурнейшие хотели найти записи - Ведерников басом из итальянских опер, а продавец даже не понимает, кого-чего хотят. Ну я им и нашла, а тут как назло, сын позвонил с каким-то обломом, я рассердилась и говорю: ёбвоюмать, детка, зачем ты...
Госпожи шарахнулись, а я им: "извините, сынок звонит....".
Tяжело сразу из сьедобельного женщине госпожой в читабельное!

Но вы не подумайте, место хорошее, посещаю время от времени, когда халвы и узбекских лепешек бруклинской кошерной пекарни захочется до слез в горле.

...

Nov. 30th, 2009 10:09 am
zuzl: (Default)
Пришлось съездить на Брайтон Бич снова. По делу: халва, рижский хлеб, книжка Булиа "Тбилиси", джонджоли и по-набережной-погулять. Ну вы знаете, Брайтон Бич усеян бесчисленными ларьками еды из коммунистического будущего: завалы икры-севрюги-семги-селедки, колбасы такой, сякой и этакой, творожных сырков и прочей мякоти, а также из социалистического прошлого: ирония вафельного торта, утешенного разнообразием начинки, семечки и толокно.
На улице пахнет пирожками с разной начинкой, и не только пахнет, они там действительно есть.
Среди изобилия передвигаются старики, откусывая там-сям помаленьку, и даже уже не обсуждая.
Покой старческого однообразия был нарушен смелым предложением: в углу организован суши-бар.
Старый еврейский уже-сам-себе-прадедушка не видит, не слышит, но чует еще:
- а скажите, что это там у вас в углу катышки из чего?
- это суши, из рыбы.
- из рыбы? а зачем вы их так сделали, что не понять?
- это японское, суши называется.
- громче говорите, я не слышу.
- японское!
- и рыба тоже японская? дайте попробовать катышек.
- нельзя попробовать, надо сразу шесть штук купить в упаковке.
- а если мне не понравится? или несвежее?
- дедушка, это тебе не Привоз, тут не пробуют. Не хочешь - не покупай.
- так я хочу, но вдруг мне не понравится, или несвежее.
- дедушка, ты когда селедку в банке покупаешь, не просишь банку открыть? так и тут, целая упаковка.
- так в банке государственное, а это вы сами положили, кто вас знает.
- тут ничо не государственное, где ты живешь, забыл что ли? это Америка.
- так я знаю, что Америка, будешь грубить - полицая позову. Насуют дрянь всякую! На дураков рассчитывают, сами лопайте! Шакалы!
zuzl: (Default)

Bот где Гегель точно не пригодится со своим абсолютом всего или хоть чего-нибудь, так это на Брайтоне.
Там все относительно. Русские относительно русские, они вообще-то евреи.

В продовольственном относительный совок, не разгуляешься.
- Вы мне не выкайте, нашлась, понимаете ли тут.
А будет кидаться вафлями - чужого копа позовут. А этого никто не хочет, даже тот, кто слюной брызжет.

- Докторская, скажете тоже! Нет, это не такая колбаска, совсем не та! Вот у нас в Куйбышеве...
- Да когда ж в Куйбышеве была докторская колбаса? там же пусто было.
- Кому пусто, а кому густо. Он, может, из распределителя жрал.
- Нет, мне зять из Москвы привозил.
- Так значит она московская!
- Но ел то я ее в Куйбышеве, что вы спорите!
Так вот бы мне диалектически с уверенностью скажите, чья все-таки колбаса?

- Что у вас есть вкусненькое? настоящее вкусненькое, что сами едите?

- А куда все делось?
- Скоро вообще жрать нечего будет, выбрали черножопого. Пропадет твоя Америка!

- 80 лет, никто не умирает, сидят во дворе, шмарятся, ногти во! как у котов.

Если кто думает про смешанный брак, то баба для них - всегда русская, а муж - иностранец.
- Невальяжка называется, обьясни ему, - кричит русский бабе и тычет в страшную огромную лупоглазую куклу.

Постепенно меняется Брайтон.
Майки СССР уступают, сдают позиции царским орлам. Ленинов уже не покупают, в моде царское - стервятники на две головы.
Но умеренно.

Ресторан "Императорский" заменили на "Националь".
Манеры холуйские: оглядывает, кому господин, а кому мущина.
Одно дело, если с иностранцем пришел, экзотику показать, а если сам или стариков своих русских привел угостить на старости лет пельмешками с осетриной - другое.
- Чего стоите? местов много.
Чуют, кому панибратство не по нраву, настаивать не будут. Осекутся, взашей не выгонят, но, как коты мстительные, запомнят. Будешь час сидеть, с чужих столов нюхать.

Откровенничают громко:
- Ишь, как смели, точно голодный край!
- Барин, поковырял и пошел.
- Вилку не надо вытирать, у нас машина моет.

А крики: мне за Розенбаума спой! Нашу, афганскую, спой, матерь вашу!
Слово не скажи -успей уйти, пока не побили.

Пельменная.
- С иностранцем пришли? Суда садитесь.
Без иностранца топчешься. Нет терпения, выступаешь, в ответ: вас тут сколько кормится, а мы одни.
- Что мечетесь тут? идите за стол, вам принесут.

Кафешки "Татьяна, "Волна", "Le soleil". В последнем - меню похоронное, творожок, блины, пасхи не ко времени.

Уходит привезенный с собой мир: хрустальные вазы, пузатые чайнички, чугунный донкихот и казак на коне.
Собрания сочинений, такими взятками выстраданные ТАМ, уже пылятся в задках, наступают глянцевые, рожи в кожанках, губастые бабы в сиськах, похабные матрешки. Православие лоснится на любой кошелек.

Внуки по-американски жирные, уже тут не живут. Отбывают часы со стариками.
Пакистан напирает.

В магазинах еще встретишь такую в норковой шубе, прижимает к себе банки с икрой, отоваренные на талоны для бедных.
Во дворах еще встретишь одесские останки - в инвалидных креслах, слабый голосок, сиделка бдит, подтирает.
На набережной еще встретишь стариков, пять штук часов на руку надели - командирские, трясут запястьями, как цыганки, продают.

Они еще помнят, что знали, как надо было жить, и посоветуют на будущее. Они никогда не выберут никаких Обамов. Их не обманешь обещанием дармовых пайков. Они их итак получат. Или достанут, если не полагается. Они всегда выживут, пока все не перемрут.


Profile

zuzl: (Default)
zuzl

December 2016

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627 28293031

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 23rd, 2017 03:21 am
Powered by Dreamwidth Studios