Sep. 1st, 2013

zuzl: (gabi)
Еще про писательницу бабских романов Онуфриеву тут:

Онуфриева печалилась: Вася забарахлил.
Хрюкал, дребезжал, разок заглох неуместно.
- Стареешь, дружок, - безжалостно сказала Онуфриева. Но ей было жалко старый вибратор - привыкла к нему, притерлась, прилюбилась.
- Надо тебя на молодого менять, не обижайся! Эх, мужики, только пристроишься, а он уже и ослаб.
Она давно понимала, что надо новый купить, медлила. Любила свои вещи подолгу.
Смотрела в интернетах последние модели. Они ей не нравились - дурацких цветов, с ощетинившимися прибамбасами, громкие. Ну куда такой в дом, бирюзовый пупырчатый! Как огурец насилуешь!
Один пыхтел голосом Сталлоне, другой ворковал Джоржем Клуни. Не хочу чужих мужиков в кровати! - капризничала Онуфриева.
Она любила мыслить глобально, вот продали сто миллионов таких Клуни, и во всех концах света он отдувается! Стоит стон и воркование над всей планетой, аж космонавтам слышно.
Господи, ну что ж ты так смешно нас устроил - ни детям рассказать, ни матери нашептать. И не напишешь весело - не продается в России плотский смех.
Надо серьезно, "любовь - не вздохи на скамейке и не прогулки при луне".
Многоточия нужны, на другие невинные органы отвлекаться вовремя: закатила глаза, закусила губу. А то читательницы оскорбятся а девочки даже испугаются.
- Вот так, Онуфриева, ты раба любви, - сказала она громко, налила коньяку и уткнулась в недописанный роман. Он шел слезливо, скучно. Пора уже было выводить на счастливый финал, но что-то не клеилось.

...Римма, рыжеватая стюардесса еле сдерживала слезы, смену сдам, потом поплачу. Штурман Эдик отводил глаза, виноват, скотина, сам понимал.
Онуфриева, как обычно, начинала прикалываться и ржать. Римма несет ему обед - плюет в курицу с горошком. Или нарочно склонится над ним, чтобы пуговички расстегнулись, он сознание потеряет. И уволят его за профнепригодность. А Римма будет хохотать над ним, понурым, на краю летного поля.
Или Римма откроет дверь и выпрыгнет с парашютом. Или Эдика вытолкнет. Без.
Не, так нельзя, она ответственная, в салоне дети ревут.
Она не выйдет провожать пассажиров, заплаканная, Эдик найдет ее в отсеке (или ну как там у них каптерки стюардесочные называются) за занавесочкой. Встанет на колени прощения просить. А она не простит Эдика и купит вибратора Феликса в Вене!
Ох, как же вы мне надоели, кормилицы мои!

Онуфриева переключилась на сайт знакомств. Богатыри - успешные, улыбчивые, верные до гроба.
Так, Olafur Rassmussen - пшеничные усы, белесые брови над честными серыми глазами.
Фотографии рядком:
Вот он поймал страшную щуку, вот он на велосипеде, вот починяет автомобиль. В ушанке, в шортах, лысоватая грудь, никаких плюшек по бокам, мускулистые ручищи.
"Нэмного говорью русский йазик. Йа инжэнэр, работал в Syktyvkaar. 48 лет".
Лесоповал, значит. Хочет русскую жену. Вдовец с двумя детьми - белесые мальчуганы. Вот они в церковном хоре, вот в школе в форменных пиджачках. Опять со щукой в обнимку. На пианино играют.
Ой ты, господи, Исландия. Темно полгода, холодно, карликовые лошадки, вереск, вулканы и гейзеры.
Да, декабристку хочет, правильно!
- Прости, Вася, - решительно сказала Онуфриева и застучала по клавишам:
Dear Mr Rassmussen,...

Profile

zuzl: (Default)
zuzl

December 2016

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627 28293031

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 25th, 2017 03:38 pm
Powered by Dreamwidth Studios